Отчитка Одержимого Злыми Бесами, Сущностями, Поселенцами


ЭКЗОРЦИЗМ ИЛИ «ПОЙДУ БЕСА ПОГОНЯЮ».ПРОТОИЕРЕЙ АЛЕКСАНДР АВДЮГИН

Экзорцизм или «пойду беса погоняю»Протоиерей Александр Авдюгин

<iframe src='https://my.mail.ru/video/embed/2602198634560753072' width='626' height='367' frameborder='0' scrolling='no' webkitallowfullscreen mozallowfullscreen allowfullscreen></iframe>

ЧТО ТАКОЕ «ОТЧИТКА»?

На фоне оккультной моды на боязнь «сглаза» и «порчи» среди части православных распространилось нездоровое отношение к так называемой «отчитке», или чину изгнания злых духов, который воспринимается как некая «православная таблетка» от порчи. На массовые «сеансы» отчитки (невиданные прежде в православной практике) не только рвутся попасть страдающие разными болячками; выкрики страдающих душевными болезнями или одержимых людей со всей тщательностью записываются на магнитофон, «откровениям» демонов посвящаются целые видеофильмы. Насколько безопасны для души эти игры с лукавыми, можно сказать, «диалоги» с бесами?

Такого метода лечения, как «отчитка», не существует. «Отчитка» или, правильнее, чин изгнания злых духов, совершается над человеком, который одержим бесом, а не просто чем-то болен. В какой-то степени мы все подвержены воздействию дьявола, но степень одержимости у нас разная. Совершение этого чина необходимо лишь в особых случаях, когда злые духи поработили волю человека, действуют через его тело, говорят его устами. Этот чин должен, совершаться опытным священником над одним человеком, который явно одержим злым духом. Массовые «отчитки» появились лишь в последнее время, как нарушение принятого в Церкви порядка совершения этого чина. Участвовать в них опасно и для духовного, и для психического здоровья.

Магизм как состояние сознания возможен всюду. Яркий пример его в христианской практике — крещение, причащение, венчание или монашеский постриг по принуждению или по чисто житейским побуждениям (например, чтобы не болеть и т.п.), а не по вере, как об этом говорит Господь (Мк. 16:16).

Выражением того же магического сознания является распространяющееся в последние десятилетия так называемое отчитывание (экзорцизм). Занимаются им отдельные священники, не имеющие на то (например, в Московской епархии) благословения епископа, без которого иерей в принципе не имеет права совершать ни одного священнодействия. (Ссылки заклинателей на разрешение духовника являются не более как попыткой самооправдания, поскольку в любом случае требуется благословение епископа, без которого любое священнодействие и тем более отчитывание превращается в деяние антиканоническое, губительно действующее и на заклинателя, и на больного.) Лаодикийский собор (364 год) постановил: «Не произведенным от епископов не должно заклинати ни в церквах, ни в домах…» (Правило 26). Это красноречиво свидетельствует как о том, насколько нецерковный характер имеет новая практика, так и о духовном состоянии отчитывающих. Преподобный Иоанн Кассиан Римлянин очень определенно говорит о последнем: «А кто желает повелевать нечистыми духами или чудесно подавать здравие болящим, или являть перед народом какое-либо из дивных знамений, тот хотя призывает имя Христово, но бывает чужд Христа, поелику, надменный гордостью, не следует Учителю смирения… Посему-то отцы наши никогда не называли тех монахов добрыми и свободными от заразы тщеславия, которые хотели слыть заклинателями…» [1].

Экзорцизм имел место в древней Церкви в силу особых дарований, ниспосылаемых ей в тот период, но был прекращен. «Постановления апостольские» (III в.) уже запрещают поставлять экзорцистов, мотивируя это тем, что «славный подвиг заклинания есть дело добровольного благорасположения и благодати Божией через Христа, наитием Святого Духа, потому что получивший дарование исцелений показуется через откровения от Бога, и благодать, которая в нем, явна бывает всем «. В V в. экзорцисты уже не упоминаются [2].
Специальный же чин отчитывания в требнике митрополита Петра Могилы (XVII в.) католического происхождения, и в Русской Церкви он не получил никакого практического признания. Ни один из русских святых не отчитывал, и именно потому, что был свят, то есть имел дар Святого Духа, которым и совершал исцеления.

Православная Церковь всегда следовала словам Спасителя, что «сей род изгоняется только молитвою и постом» (Мф. 17:21), то есть правильной подвижнической жизнью, благодаря которой христианин по мере смирения достигает бесстрастия и получает от Бога дар побеждения злых духов. Только достигший бесстрастия способен без вреда для больных и для себя вступить в открытую борьбу с духами тьмы. Однако таковых и в древности были единицы (Григорий Синаит в XIV веке, пишет еп. Игнатий Брянчанинов, «решился сказать, что в его время вовсе нет благодатных мужей, так сделались они редки… Тем более в наше время делателю молитвы необходимо соблюдать величайшую осторожность. Богодухновенных наставников нет у нас!» [3], а о настоящем времени и говорить не приходится. Поэтому священник, даже самый благочестивый, но дерзающий сам с помощью особых молитв и священнодействий («ex opere operate») изгонять (отчитывать) злых духов «Иисусом, Которого Павел проповедует» (Деян. 19:13), рискует не только себя подвергнуть тому поруганию от них, о котором промыслительно повествует книга Деяний апостольских, но ввергнуть и бесноватого в еще большие болезни и страдания. Не имея дара Святого Духа, нельзя создавать видимость действия Его дара. Святитель Игнатий с горечью восклицал о подобных попытках: «Душепагубное актерство и печальнейшая комедия — старцы, которые принимают на себя роль древних святых Старцев, не имея их духовных дарований» [4].

Бесов могли изгонять только святые, и не из всех подряд, а лишь из тех, на которых указывал им Сам Господь. При этом святые исцеляли «просто» молитвой, большей частью внутренней, невидимой для других, реже — внешней (см., например молитвы святителей Василия Великого, Иоанна Златоуста), совершая Таинства покаяния, соборования, Евхаристии, но без какого-либо специального заклинательного
чинопоследования [5], поскольку таковой уже совершается над всеми верующими перед таинством Крещения и является освящением их акта сознательного отречения от сатаны и всех дел его.

Господь запрещал говорить бесноватым, и святые отцы категорически запрещали слушать их и входить в какой-либо контакт с говорящими духами, теперь же во время отчитывания бесы получают полную свободу «проповедовать», вводить присутствующих в заблуждение, заражать их своим духом лукавства, гордыни, плотских страстей и т.п. Нередко при этом ведется телесъемка, которая распространяет бесовскую ложь на еще более широкий круг людей.

Вот несколько высказываний святых отцов по данному вопросу.

В послании под именем святителя Климента Римского «О девстве» аскетам предписывается «…посещать одержимых злыми духами и творить над ними молитвы. Постом и молитвою пусть заклинают, не словами красными, отборными и изысканными, но как мужи, от Бога получившие дар врачевания «.

«Он (авва Питирион) много беседовал с нами и с особенною силою рассуждал о различении духов, говоря, что некоторые бесы наблюдают за нашими страстями и часто обращают оные ко злу. Итак, чада, говорил он нам, кто хочет изгонять бесов, тот должен сперва поработить страсти: ибо какую страсть кто победит, такого беса и изгонит. Мало-помалу должно вам поработить страсти, чтобы изгнать демонов этих страстей » [6].

«О божественных дарованиях» находим следующее: «Человек, преданный явным порокам, может иногда производить удивительные действия и потому почитаться святым и рабом Божиим… и сам тот, кто уверен в себе, что обладает даром исцелений, надменный гордостью сердца, испытывает тягчайшее падение. От сего происходит то, что демоны, с воплем именуя людей, не имеющих никаких свойств святости и никаких духовных плодов, показывают вид, будто их святость жжет их и они принуждены бежать от одержимых ими» [7].

Преподобный Варсануфий Великий: «Нехорошо с усилием молиться о том, чтобы получить исцеление, не зная, что тебе полезно» (Вопрос 381) [8].

Он же: «Противоречить дьяволу прилично не всем, но только сильным о Боге, которым повинуются бесы; если же кто из несильных будет противоречить, бесы ругаются над ним, что, находясь в их власти, он им же противоречит. Также и запрещать им — дело мужей великих, имеющих над ними власть. Многие ли из Святых запрещали дьяволу, подобно Михаилу Архангелу, который сделал сие, потому что имел власть? Нам же, немощным, остается только прибегать к имени Иисусову» (Вопрос 301) [9].

Преподобный Иоанн Пророк на просьбу помолиться о бесноватом отвечал словами из Евангелия: «Пусть он и сам постится и молится, сколько может, тогда и молящие за него будут услышаны, ибо «много может молитва праведного споспешествуема» (Иак. 5:16), и Господь сказал: «Сей же род не исходит, токмо молитвою и постом» (Мф. 17:21) (Вопрос 673) [10].

Преподобный Исаак Сирин о прекословии бесам: «Ибо ты выходишь учить тех, кому уже шесть тысяч лет. А это (твое дерзкое прекословие) служит для них оружием, которым возмогут они поразить тебя, несмотря на всю твою мудрость и на все твое благоразумие» (Слово 30) [11].

Блаженный Феофилакт Болгарский: «Освободившиеся от бесов еще хуже становятся впоследствии, если не исправляются» [12].

Святитель Игнатий Брянчанинов: «Никаких заклинательных молитв не нужно: они прочитаны над каждой из вас при святом Крещении. Нужно предаться воле Божией и признать себя достойным всякого человеческого и бесовского наведения: тогда страхование пройдет само собой…»

«Поминайте на молитвах Ваших болящую Д., которая предана судьбами Божиими сатане, да дух ее спасется… В духовном отношении такое наказание Божие отнюдь не служит худым свидетельством о человеке: такому преданию сатане подвергались многие великие угодники Божии… Гораздо маловажнее беснование, нежели принятие какого-либо вражеского помысла, могущего навеки погубить душу» [13].

Приведенные высказывания святых красноречиво свидетельствуют об их отношении к столь серьезному для нашего народа вопросу целительства бесноватых.

Отчитывание есть явление того же духовного порядка, что и широко распространившиеся в настоящее время по всему инославному Западу так называемое пятидесятничество, харизматизм, движение «нового века», а в секулярной среде — так называемая экстрасенсорика. Все это калечит и души, и тела людей.

Магическое восприятие культа является одной из главных причин вырождений христианской религии, ее искажений, причиной роста язычества, особенно атеизма, оккультизма и сатанизма.

Величайшее искушение для человека — «сорвать тайны бытия» (Бога, человека, природы) и самому стать «как Бог», неподвластным Богу, более того, попытаться подчинить себе и Самого Бога. Магия и есть безумная попытка реализа­ции такой идеи — своего рода психологическая революция человека против Бога. По Священному Писанию, последним шагом развития язычества должно быть явление властителя всего мира — антихриста, «человека греха», «беззаконника» (2 Фес. 2:3,8) в высшем и исключительном значении этого слова, «так что в храме Божием сядет он, как Бог, выдавая себя за Бога» (2 Фес. 2, 4) и творя лжечудеса с
помощью магии и других средств.

отчиткаZotj5s0mmpA (200x285, 17Kb)

Нет ныне такого прихожанина, кто не слышал бы сегодня о «отчитке», особом молитвенном последовании пришедшего к нам из Могилянского Требника 1646 года, составленного митрополитом Петром Могилой.

Даже если не брать во внимание то, что митрополит П. Могила очень многое заимствовал у католиков (так, например, в первой устроенной им Киевско-Могилянской академии преподавание велось на латинском языке, с изучением латинских отцов), то все поиски православного начала этого молитвословия не увенчаются успехом. Чин экзорцизма не известен в древнем православии.

Его нет в Восточных Требниках.

В ранней Церкви, когда первохристианство имело особые дары, есть дошедшие до нас упоминания о практике экзорцизма, но уже в III веке «Постановления апостольские» запрещают поставлять экзорцистов, мотивируя это тем, что «славный подвиг заклинания есть дело добровольного благорасположения и благодати Божией через Христа, наитием Святого Духа, потому что получивший дарование исцелений показуется через откровения от Бога и благодать, которая в нем, явна бывает всем».

Более поздних упоминаний о массовой практике «отчитки» Православная Церковь не имеет.

Несомненно, что Церковь на протяжении своего двухтысячелетнего благовествования и окормления паствы имеет примеры, когда силою молитвы подвижника одержимые исцелялись, но этот дар был доступен далеко не всем.

Только те, кто обладал бесстрастием, чья жизнь проводилась в духовном подвиге и отрешенности от мiрских забот и треволнений, имели дерзновение вступать в личное единоборство с духами сил поднебесных.

Но даже они, облаченные подвигом и святостью, пользовались своими собственными чинами при изгнании бесов или вообще действовали так, как им подсказывала благодать Божия.

Вот что говорил по этому поводу в недавнем интервью известный московский священник, игумен Сергий (Рыбко): «Но и святые не все имели дар изгнания демонов. Например, св. прав. Иоанн Кронштадтский бесов изгонял.

Но он не совершал чина отчитки, а просто говорил: «Изыди!» — и бес выходил. Однако далеко не все святые брались за изгнание бесов. А сейчас на каждом шагу такое встречаешь — это просто смешно! Если человек выдумывает себе какие-то дары, начинает бесов изгонять, я такому не доверяю.

Я знаю, что Святейший Патриарх Алексий очень не одобряет отчитки, прямо не благословляет их и людей, которые этим занимаются. Это в лучшем случае — люди немножко заблудшие, может быть, немножко нездоровые, а в худшем — это просто шарлатаны, которые зарабатывают на этом деньги».

Не минуло это увлечение экзорцизмом города и веси нашей епархии.

Если, в недавнем прошлом, к монахам-«отчитчикам» ездили по монастырям, то ныне среди верующих уже не только активно обсуждается возможность изгнать бесов из самого себя, но и раздаются рекомендации об особой «силе» и большой «благодати» того или иного священника, взявшего на свой страх и риск, а по сути самочинно, служить этот молебен.

Профессор МДА А.И. Осипов пишет в своем учебнике по Основному богословию: «Занимаются им (экзорцизмом — прот. А.) отдельные священники, не имеющие на то, как правило, благословения епископа, без которого, как известно, иерей в принципе не имеет права совершать ни одного священнодействия.

Ссылки современных заклинателей на благословение духовника являются откровенным самооправданием, поскольку без благословения епископа любое священнодействие, и тем более отчитывание (как дело исключительное, не входящее в обычный круг обязанностей священника), превращается в деяние антиканоническое и греховное, губительно действующее и на заклинателя, и на больного.

Лаодикийский собор (364 г.) постановил: «Не произведенным от епископов не должно заклинати ни в церквах, ни в домах…» (прав. 26)».

Несомненно — одержимость страшное духовное заболевание и многие верующие были свидетелями его проявления на наших приходах, в монастырях и местах, отмеченных особой Божией благодатью. Но надо помнить, что изгнание нечистых духов — это нелегкое и опасное делание.

В Деяниях апостолов мы читаем, как «некоторые из скитающихся Иудейских заклинателей стали употреблять над имеющими злых духов имя Господа Иисуса, говоря: заклинаем вас Иисусом, Которого Павел проповедует.

Это делали какие-то семь сынов Иудейского первосвященника Скевы. Но злой дух сказал в ответ: Иисуса знаю, и Павел мне известен, а вы кто? И бросился на них человек, в котором был злой дух, и, одолев их, взял над ними такую силу, что они, нагие и избитые, выбежали из того дома» (Деян. 19, 13–16).

Поэтому за отчитку берутся только по послушанию, а никак не самочинно, чтобы не подвергнуться самим поруганию от бесов.

Если отчитывающий священник считает, что обладает харизматическим даром первых веков христианства, то почему же не выполняются правила и установления тех веков, ну хотя бы обязанность одержимых выходить из храма вместе с оглашенными и кающимися?

Или как можно соизмерить практику отчитки сразу же после совершения Евхаристии или на следующий день после причащения Святых Тайн? Не профанируется ли основа личного спасения Божественная Литургия? Заклинательные молитвы не могут быть «выше» и «действенней» Тела и Крови Христа!

Вновь обращусь к книге профессора Осипова:

«Необходимо обратить внимание и на следующее. Господь запрещал бесам говорить через одержимых людей, и святые отцы категорически запрещали слушать их. В настоящее же время, когда для «отчитывания» собирается множество людей, бесы получают большие возможности «проповедовать» и заражать их духом лукавства, гордыни, плотских страстей и т.п.

Их «проповедь» широко распространяется с помощью телесъемок, газет, журналов, в которых пространно цитируются лжесвидетельства этих духов. При этом нередко бесы изображают страх перед отчитывающими «старцами», публично называют их святыми, сильными, Божиими слугами, чем вводят в откровенный обман (прелесть) и самих «старцев», и простодушных верующих.

Результаты бесовской лжи, как всегда, плачевны. У преп. Иоанна Кассиана Римлянина на этот счет имеется серьезное предупреждение: «Подчас бесы творят чудеса, чтобы вознести в надменность человека, который верит, что обладает чудесным даром, чтобы подготовить его к еще более чудесному падению. Они делают вид, что они горят и бегут из тел тех, где они пребывали, благодаря якобы святости людей, про нечистоту которых они знают».

Мы знаем, что, к великому сожалению, ныне в храмы идут не только за духовным окормлением и врачеванием ран душевных, но и видят в церковных службах и обрядах своего рода лекарство от своей, вполне физической болячки.

Недаром практикуется молитвы «от чего-то». Например, при болезни головы — ступай к Иоанну Предтече, когда зубы ломит — к священномученику Антипе и т.д., забывая, что лечить надо не последствия греха, а сам грех, что святые предстательствуют за нас пред Господом лишь тогда, когда мы принесем достойный плод — покаяние.

Великое искушение для человека — стремление достичь здоровья и прочих земных благ любыми средствами, не взирая на тот вред, который может при этом быть для его души. Так называемое «отчитывание» наглядно это иллюстрирует. Современные люди просто не знают, какому риску подвергают они своих близких и самих себя, приходя на «отчитку».

Священник же, «молитвою и постом» не получив от Бога дара изгнания бесов и пытающийся сам, путем вычитывания молитв и прочих действий победить злых духов, красноречиво свидетельствует о себе. Святитель Игнатий с горечью писал о подобных «чудотворцах»: «Душепагубное актерство и печальнейшая комедия — старцы, которые принимают на себя роль древних святых Старцев, не имея их духовных дарований».

Никто не берет под сомнение реальность существования злых духов, как и не вызывает возражений то, что борьба с ними — брань тяжелая и трудная, и, зная и понимая это, невольно задаешься вопросом: Возможно ли священнику, отягощенному заботами о приходе, многодетной семьей, проблемами и нестроениями своих духовных чад, вступать в открытую борьбу с духами?

Не является ли такая «борьба» тем, над чем бес посмеется? Не ставит ли священник под угрозу духовное здоровье и своих духовных чад, и свое, Богом данное, семейство?

Экзорцизм абсолютно реален, но неопытное увлечение этой практикой, причем, не имеющее благодатно-защищающего благословения и проводимое на свой страх и риск, чрезвычайно опасно.

Слишком много ныне мы уделяем внимания злым духам, слишком часто за словами «бес попутал» и «Господь попустил» стоит лишь оправдание собственной греховности, нежелание бороться со страстями, нас одолевающими, пренебрежение главной спасительной силой христианина — Святым Причастием.

Не надо думать, что если в ком-то живет какая то страсть, то он уже одержимый, и стоит помнить, что главная сила борьбы с бесами все же та, о которой говорил Господь, — молитва и пост.

«Не всякий грешник бесноватый, не всякая страсть — одержимость. То же можно сказать о сектантах и язычниках, тем более о душевнобольных. Из литературы прошлых веков мы не видим такого интереса к «отчиткам».

Напротив, мы читаем, что некий подвижник вступил в духовную брань и долго, буквально в поте и крови подвизаясь, одну душу вымолил, изгнав бесов. Ныне же мы видим, что все чудеса делаются удивительно легко. Сегодня монахи и священники целыми храмами и толпами изгоняют бесов. И я не пойму: то ли благодать сейчас стала такой сильной, то ли бесы такими слабыми стали? Или перед нами просто спектакль». (диакон А. Кураев)

Нет более высшего таинства, чем покаяние и причастие. Поэтому, если человек сознательно пришел в храм, то ему не нужна никакая отчитка, он должен искренне исповедаться и причаститься, и более высшего ничего нет.

А отчитка может применяться только, если человека, полностью невменяемого привели в храм, и он не контролирует свои действия. Поэтому, в тех случаях, когда люди после службы сами подходят к батюшке и говорят «сделайте нам отчитку», батюшка начинает читать, а они воют, лают, катаются по полу, а потом спокойно идут домой, а через неделю опять тоже самое — это самая настоящая бесовщина и прелесть.

Сейчас кругом почти во всех крупных городах по выходным в клубах и ДК устраивают свои сеансы так называемые «народные целители», всякие там марфы, стеллы, марии-стефании и прочая нечисть. Так вот, кто был на их сеансах, рассказывал, что публика точно так же, как и на отчитке, верещит, лает и пр. Т.е. это то же самое!

А для отчитываемых — это своеобразное удовольствие, полаят, повизжат, покатаются по полу, получат, так сказать, свою дозу удовольствия вместе с сидящими в них бесами и, удовлетворенные, пойдут домой до следующей отчитки.

«Никаких заклинательных молитв не нужно: они прочитаны над каждым из вас при святом Крещении, — пишет святитель Игнатий (Брянчанинов).

— Нужно предаться воле Божьей и признать себя достойным всякого человеческого и бесовского наведения: тогда страхование пройдет само собой… Поминайте в молитвах Ваших болящую Д., которая предана судьбами Божиими сатане, да дух ее спасется…

В духовном отношении такое наказание Божие отнюдь не служит худым свидетельством о человеке: такому преданию сатане подвергались многие великие угодники Божии… Гораздо маловажнее беснование, нежели принятие какого-либо вражеского помысла, могущего навеки погубить душу».

Завершить хотелось бы отрывком из интервью наместника Киево-Печерской Лавры архиепископа Павла:

«— Владыка, с некоторого времени стала популярной практика массовых «отчиток».

Пожалуйста, несколько слов о Вашем отношении к этому явлению, называемому в церковной традиции экзорцизмом?

— Я отношусь к этому негативно. Не думаю, что сейчас найдутся люди столь высокой духовности, обладающие подобным даром. В Киево-Печерском Патерике, например, есть всего несколько упоминаний об изгнании злых духов.

Наверное, враги рода человеческого ослабли с того времени, а у нас появилось множество величайших святых, превосходящих по чрезвычайным дарованиям преподобных Киево-Печерских. Мыслящие подобным образом серьезно заблуждаются.

Лукавые духи стали только еще лукавее, а у нас появилось множество так называемых «младостарцев» или «лжестарцев», деятельность которых наносит огромный, иногда непоправимый, духовный ущерб. Нескольких мнимых экзорцистов мне пришлось изгнать из Лавры. Для привлечения прихожан в пустые храмы занялись подобным «промыслом» и раскольники из УПЦ КП и УАПЦ.

Кроме того, появились шарлатаны, которые надевают рясы, облачения и устраивают мерзкие «шоу».

Развелось множество «матушек» (матушками у нас принято называть лишь монахинь и жен священнослужителей), которым устраивают рекламу некоторые ТВ-каналы, промышляющих заурядным колдовством. Но на них попадаются лишь люди, живущие вне Церкви и таинств.

А вот «младостарцы» — это очень изощренная ловушка для уже переступивших порог храма и даже считающих себя вполне воцерковленными. Истинные подвижники, обладавшие столь чрезвычайным даром, получали его после многих лет, а чаще десятилетий, проведенных в подвижнических трудах под опытным руководством непрелестных наставников. Эти подвижники веры являли собой образец величайшего смирения, избегая суетной мирской славы, прячась от людского взора. А вот пустоцвет всегда стремится попасться на глаза».

Особый случай в назидание всем. 

    Из рассказа Зинаиды П.:

   «…У меня трое . Мужа придавило в шах­те, и он умер. Работы в нашем городе не найти, и мы с детьми, можно сказать, жили впроголодь. По совету соседки я пошла наниматься на работу к цыганке. Делала для нее все: варила, стирала, уби­рала, в огороде работала. Цыганка платила мне вовремя, без обмана. Иногда давала одежду для моих детей.

   Черт, наверное, меня попутал, захотелось вдруг разжалобить ее, чтобы кусок побольше урвать. Стала я без конца плакаться о том, как тяжело нам живется: «Вот если бы у меня был одинребенок, я бы жила не так бедно, — говорила я без конца. — И зачем только я их нарожала…»

   А между тем дела наши пошли на поправку благодаря помощи Зухры. Под мои жалобные причитания она клала мне в сумку то муку, то сало, то варенье, а то и деньжат подкидывала.

Однажды перед Пасхой я снова завела свою песню, надеясь, что Зухра даст побольше яичек и испеченных мною же куличей. Получилось их много — куда ей столько?

— Ты правда, Зина, жалеешь, что у тебя трое детей, или хитришь, подруга? — неожиданно спро­сила она.

   Клянусь, что не вру, — пришлось отве­тить. — Ведь как лошадь пашу целыми днями и ночами, чтобы их обуть и одеть. Особенно про­жорливы Петька и Колька. Все здоровье на них положила, а они еще не слушаются, вон в школу опять вызывают. Да и замуж меня только из-за этой оравы не берут. А ведь мне еще и сорока лет нет. И я тоже мужика хочу. Зухра и говорит:

— Ну, если не врешь и взаправду считаешь, что дети мешают тебе жить, возьми два яйца и скажи: «Одно яйцо — Петр, другое яйцо — Нико­лай», а потом отдай эти яйца Лорду, как раз перед Пасхой. И отмучаешься, получишь, что желаешь.

   Я остолбенело смотрела на Зухру, а она:

— Значит, врешь, подруга, решила побольше подарков у меня выпросить, на жалость давишь. Хитрая ты все-таки, Зинка!

   Или от стыда, что она меня раскусила, или действительно черт попутал, но я разревелась и говорю:

— Зря, Зухра, ты мне не веришь, чистую прав­ду тебе говорю, устала я от детей.

— Ну так делай, как я тебе советовала, и избавишься от своего выводка, — насмешливо сказала Зухра.

   Я взяла два яйца и говорю:

— Одно яйцо — Петр, другое яйцо — Нико­лай. — Затем скормила эти яйца Лорду.

   А через двенадцать дней Петя и Коля провали­лись под лед и утонули. Я гнала от себя мысли, что сама виновата в их смерти, сотворив этот обряд с яйцами. Но однажды ночью проснулась от того, что кто-то двигал стулья. Открыла я глаза, поднялась и пошла на кухню. За столом сидели Коля и Петя, в руках они держала по крашеному яичку. Утром дочь нашла меня без сознания. Пер­вое, что я увидела, — яички: они так и лежали на столе. Дочь клялась, что не знает, откуда они взялись. Никто не верит мне».

   Мне известны случаи, когда вместо себя в об­мен на желаемое отдают души родных людей. Одна женщина рассказывала мне, что у нее было пятеро детей. Как-то раз она сильно болела. Сначала с большим трудом передвигалась по комнате, а за­тем и вовсе слегла. У нее отнялись ноги. Но стра­дала она не только физически — дети-то некорм­леные, неухоженные… Ее не покидала мысль, что она умрет и оставит их на произвол судьбы.

   «Если уж смерть придет в нашу семью, то пусть вместо меня умрут Тоня или Галя, — думала она, — ведь пропадут сиротиночки без матери. Кому они нужны?»

   Через месяц произошел нелепый несчастный случай, погибла младшая дочь. Дарья не была на похоронах, так как была прикована к постели. Но недели через две она вдруг начала потихонечку подниматься, а затем и вовсе быстро пошла на поправку. Врачи удивлялись, но сама она отлично понимала, почему к ней вернулось здоровье.

— Это я, — плакала она по ночам, — отдала душу дочери вместо своей.

   Наконец она не выдержала этих мук и расска­зала о своих переживаниях мне. А вот рассказ Софьи Г.:

   «Когда муж мой, Кирилл, уехал в Чечню, я была беременна. Сошлись мы с ним рано, когда нам было по четырнадцать лет. Да что там «со­шлись» — полюбили друг друга по-настоящему! Бывало, иду в туалет, а он рядом крутится: «Ты скоро там». Минутка в разлуке годом казалась. И спали мы, держась за руки. А тут ему в армию идти. Я думала, что с ума сойду от горя.

   В общем, уехал он, а через два месяца я увиде­ла сон, да такой страшный! Лежит мой Кирилл без рук, без ног, весь в крови перемазанный и меня зовет. Да так тоненько и жалобно зовет: «Софьюшка, Софьюшка…»

   Я проснулась. Ночь на дворе, темно. Жуть меня обуяла, аж пот по спине потек. Почему-то я была уверена, что сон этот к беде. Сижу, плачу, на икону смотрю и причитаю:

— Если уж непременно надо кого-то забрать, так забери младенца.

   Уревелась я вся и уснула, а под утро вижу другой сон. Баба — вся в черном, в руке палка, как с косою вроде — говорит мне, нехорошо так усмехаясь:

— Услышана твоя просьба, голубушка. Как Кирилл вернется, я за заменой приду. — И исчезла.

   Весь день я сама не своя ходила, никому, даже маме, об этом не рассказывала. Вскоре у меня сын родился, а там и Кирюшка приехал, живой и здо­ровый. А утром произошло невероятное. Мы на­шли в постельке мертвого Левушку. Причины для смерти не было никакой, он ведь у меня родился здоровеньким. Заснул мальчик мой и не проснул­ся. И тогда я вспомнила и про сон свой страшный, и про свое обещание отдать ребенка взамен на возвращение Кирилла живым и здоровым».

   В каком бы вы ни были отчаянии, никогда не говорите необдуманных слов. Помните, что есть в жизни такие часы, в которые что скажешь, то и сбудется. Но если вовремя раскаяться и принять необходимые меры, то, с Божьей помощью, мож­но отмолить, отчитать себя от беды.

   С детства запал мне в душу такой случай. Со­седка притащила за руку свою дочь и со слезами рассказала бабушке:

— Дура-то моя сейчас такое сказанула! Если я завтра контрольную по математике напишу правильно, то черту готова все что угодно, даже жизнь свою отдать! Евдокиюшка, помоги моей Людке, отведи от нее беду, чует мое сердце, что от языка ее глупого беда может быть!

   Бабушка не стала ждать вечерней зари, посади­ла ее на табуретку, срезала с ее косичек концы волос, сама постригла ей ногти и все это сунула в поддувало. Скрутила из трех свечей одну, подо­жгла и дала в руки Людмиле. Сама стала за ее спиной и стала читать отчитку, которую я впоследствии выучил наизусть, а теперь передаю вам.

   Мать Богородица, Илья-пророк! Дайте рабе (имя) прощенье за словесное прегрешенье. Отчитываю сутки, часы, минутки от рабы Божьей (имя). Господи, ты сказал: «Согрешившему 77 раз прощу, грехи отпущу». Прости, Господи, рабу свою (имя). Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

   Но я должен предупредить, что есть дни, которые не освобождают от словесного греха, это первые два-три дня от новолуния.Это нужно обязательно иметь в виду.

Чтобы худые думки не сбылись.

   Из рассказа Кормышевой К.П.

   «Осенью прошлого года мы переехали на новую квартиру. Переезд был вынужденный и безрадост­ный, так как мы отделились от сына и снохи, кото­рые не захотели жить вместе с нами.

Войдя в новое жилище, я сдуру в сердцах вос­кликнула:

— Не квартира, а склеп, могила какая-то. Хоть ложись и помирай в ней!

   Дочь Зина усмехнулась и сказала:

— Вот и будем все в этой могиле жить, раз братец нам это пожаловал.

   Первой умерла Зина, вслед за ней, через два месяца, мой муж, потом Павел, и вот теперь я осталась одна.

   Я думаю, что виной всему мои слова, сказала — как припечатала. Все прибрались, наверное, и я ско­ро уйду за ними».

   Я уже написал о том, что в сутках есть часы и минуты, которые, как зеркало, отражают наши слова и даже тайные мысли. Наверняка вам знакома такая фраза: «В добрый час сказать, а в худой промолчать». Это как раз то, о чем я вам говорил выше.

Не бросайте бездумно фразы и тем более проклятия, чтобы потом не раскаиваться. Если же вы сказали что-либо необдуманно, встаньте лицом к зеркалу, так, чтобы сзади вас было какое-нибудь зеркало и вы могли бы себя видеть сразу и спереди, и сзади. Глядя на себя, скажите три раза:

   Зеркало Святой Елены, появись, ангел мой, с двух сторон отразись, худое слово надвое не переломись. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Приведу в пример то, о чём говорят бесы на отчитках — специальных молебнах, которые совершают священнослужители для того, чтобы помочь больным людям одержимых злобными духами, которые вселились в них. В Троице-Сергиевой Лавре уже много лет подряд такую тяжелую и опасную подвижническую работу ведет отец Герман. Вот то, о чем говорят бесы:

1. Наш князь как даст нам задание – так мы сразу же идем исполнять, а вы христиане пока раскачаетесь — на повеления Божии…

2.Ни в ком не замечаю борьбы с нами, стоит только вложить мысль греховную, как её тут же принимают. Я и под видом смирения внушаю гордость. «Смиряюсь», когда предлагают — сыграть в карты или Пост — нарушить… Если с разрешения архиереев отпевают самоубийц и опившихся, всё равно — души их наши.

3. Мне бы хотелось, чтобы все верующие так говорили: «Молиться — нет времени… В храм ходить — некогда, дел много…» или: «Муж — не пускает…», или: «Гости — приехали…» Мы вам сколько угодно отговорок найдем.

4. Люблю таких верующих, которые сегодня помолятся усердно, вычитают всё своё молитвенное правило, а завтра или сокращают его, или оставляют.

5. Мы записываем каждую худую мысль, с которой вы согласились, посочувствовали ей и ставим в хартии (Так бесы называет досье на нас). Мы записываем каждое ваше дурное слово.

6. Не люблю книги и поучения святых отцов. Все в них — против нас написано. Мы день и ночь учим осуждать священников. Терпеть не могу когда священники на исповеди, объясняя и спрашивая, грехи вытягивают из людей. Златоуста не люблю, он многих — научил молиться

7. Очень тяжело мне покаяние подробное. Очень нравится нам — Общая Исповедь! Я бы двадцать четыре часа в день бы ходил! Никакого греха не надо говорить и стыда не надо испытывать.

8. Мы внушаем оставлять всё — «на Потом». Потом — почитаете молитвы, потом – Евангелие, потом — в храм сходите, потом и доброе дело — сделаете, потом — покаетесь. Если — успеете.

9. Молитва «Задержания» мне очень мешает осуществлять мои планы. Очень люблю непослушание, хотя и на волосок его – и то мне нравится.

10.Ненавижу тех, кто читает Псалтирь, особенно ночью. Не люблю довольных любой пищей. Это я вас учу — разбираться и капризничать.

11. Люблю таких верующих, которые сегодня помолятся усердно, вычитают все свое молитвенное правило, а завтра либо сокращают его, или оставляют. Когда Страшный Суд будет, все встанут, возьмут свои кресты с могил и пойдут на суд. А те, у кого крестов не будет, как думаешь, куда пойдут?

12. Это мы внушаем вечернее правило — не читать! Как ты думаешь, если человек уснет, не помолившись, да умрет – куда его душа пойдет? В рай, что ли? А! Грешите и каетесь? Всех бы вас разорвал!… Это мы внушаем ропот даже на погоду.

13. Особенно не люблю — из Луки двенадцатую главу! Вы холеные, начёсанные, выбритые, разодетые – все мои! Тремя грехами мы сейчас взяли весь мир: блудом, богатством и пьянством.

14. Все веры, кроме Православной, все у нас — в Аду находятся. Люблю женщин с золотыми серьгами в ушах, на высоких каблуках, в коротких юбках и мужских брюках. Очень боюсь тех, кто добрые дела в тайне оставляет, я учу все выставлять на показ. Кто за врагов молится – тот нас с ног сшибает. Когда человек кается, тогда сети — наши разрушаются.

15. Многие каются, а от греховных дел — не отстают. Через покаяние грехи в наших хартиях стираются, но большие грехи, только — через слезное покаяние.

16. Стоят в храме, а думают о доме! А я то рад и в хартию пишу! В мирские книги, журналы и газеты мы поместили изображения ваших святых! А рядом из черной магии заговоры пустили! Вот и ставят люди свои кастрюли и чашки на угодников Божиих, а то и вообще выкидывают в уборную и на помойку.

17. Это мы на молитве наводим на вас — сон, уныние, лень, чтобы отвлечь вас от беседы с Богом. Это мы устраиваем — ссоры между людьми. Люблю тех, кто крестясь кладет — крест кое-как.

18. Люблю когда в храм приходят женщины накрашенные и без платков. Люблю жадных до духовных книг. Сами не читают и другим не дают. Люблю, когда выбалтывают то, что сказал на исповеди священник. Радуюсь, когда на могилах ставят памятники, а не кресты, вешают фотографии, а не иконы.

19. Как мы отнимаем Благодать, когда вы идете из храма, особенно после причащения? Мы внушаем — зайти к кому-нибудь, или посылаем человека с разговорами о мирском. Вот вы и идете с мирскими мыслями, забыв о том, что вы слышали в храме. Так и отнимается Благодать.

20. У курильщиков не только дым мой, но и огонь. Но особенно мы действуем через телевизор – телевизор вот вся твоя – «святыня» Не люблю тех, кто осознает свое недостоинство. Да, кто сейчас такие чувства и мысли имеет? Духовные книги – лучшая милостыня. Никому об этом не говори.

21. Люблю таких, которые подходят причащаться — без нательных крестов, не прочитав молитвенного правила, не простив обидчиков. Исповедуются во грехах, а от причин не уходят. Люблю, когда верующие за советами идут сначала к одному, а от него к другому священнику, особенно – к неопытному, который с истины сбивает.

22. Сейчас многие с низших мытарств к нам — в ад идут, за осуждение других (особенно священников и монахов). И чревоугодников много: все любят — поесть и попить повкуснее. Они и не каются в этом; придут в храм, на лавочку сядут и говорят о мирском. У них и мысли нет, чтобы покаяться. Родители не отучают детей от худого, так до старости они и останутся — в злых привычках.

23. Во многих церквах я чувствую себя вольготно: там, где верующие — разговаривают, ведут себя, как на базаре. У тебя я стою на второй ступеньке, дальше не могу войти. У о.Петра. я стою на улице, мне страшно даже — к притвору приблизиться. У некоторых нерадивых батюшек, которые, например, выпьют да идут служить, я бываю — и на краешке алтаря.

24.Наши священники сбивают — истинных священников, наши монахи сбивают — истинных монахов, наши верующие — сбивают истинных верующих. Встречи и доклады для духовенства тоже мы устраиваем, отнимаем у них святые мысли, только бы о Боге и о спасении души не думали, забиваем их головы всякой пустотнёй.

25. Нравится мне, когда напоказ чётки носят, губами шевелят, демонстрируя, что молятся. И ещё — когда говорят или показывают, чем пожертвовали. — Угождают мне те, которые говорят: “Бог милосерден, и то и другое можно”

С недавних пор в нашей белорусской глубинке можно наблюдать следующее духовное поветрие. На приходах создаются своеобразные кружки людей, объединенных ради поездок на отчитку. Такой кружок может сообщать о своем существовании настоятелю, но, как правило, он законспирирован: «Наш батюшка, конечно, хороший, но таких чудес, как в городе N, у нас видеть не приходилось».

В этой заметке я не собираюсь рассуждать о духовном облике священников, проводящих на своих приходах регулярные отчитки. Среди них, несомненно, есть люди искренние, от сердца желающие помочь несчастным, одержимым нечистым духом. Я хотел бы высказать свои соображения по поводу самого явления – желания неким неординарным способом решить свои духовные проблемы.

В нашем случае на отчитку едут люди, не имеющие критических духовных отклонений. Да, они уже научились распознавать в себе губительные веяния соблазнов. И даже сделали какие-то шаги по поводу их преодоления. Но, побывав однажды на мистическом действе отчитки, они вернулись потрясенными. Они видели, как внешне обычные люди во время вычитывания особых молитв говорили чужими голосами, визжали и изрыгали проклятия. Так вот где, оказывается, происходит исцеление духовных болезней! Что происходит дальше? – Обстоятельства отчитки страшным шепотом описываются всем знакомым. Некоторые из них выражают желание увидеть все воочию. Люди договариваются о транспорте, знакомятся с такими же, как они, искателями из других храмов – и вот, новосозданный кружок готов! Теперь вместо приходской рутины все духовные проблемы можно решить очередной поездкой…

Но что говорит об этом Евангелие? «Сей род изгоняется только молитвой и постом» (Мф.17:12). Если уж речь зашла о плевелах, всеянных лукавым – кто мешает дома, перед исповедью, прилежно и тщательно прополоть ниву своей души? Тем более, каждый христианин имеет опыт своеобразного «самоэкзорцизма». Надо просто вспомнить свои первые исповеди, то, с каким вниманием мы сверяли свою жизнь с высоким идеалом евангельских заповедей. И как каялись, видя пребывание свое в стране далече вместо отчих обителей. Именно за это Господь возводил нас из духовной тьмы: не бесы из нас изгонялись, а мы забирались от них к высокой и светлой жизни в Церкви Христовой.

СЛУЧАЙ ИЗ ПРАКТИКИ ОТЦА АЛЕКСАНДРА МЕНЯ

Не в другом городе, не в далеком монастыре, а в собственном сердце надо искать путь к свободе от греха. Внутренняя тьма изгоняется не хитросплетением слов, она вытесняется светом Небесного Царства. А оно – в нашем сердце: «Царство Божие внутрь вас есть» (Лк.17:21). Наблюдая за своим сердцем, запоминая происходящие в нем события, мы мало-помалу научимся узнавать и отражать приближение грубых грехов. Потом, поборов их при помощи исповеди и Причастия, научимся распознавать тонкие помыслы и соблазны. Далее мы навыкнем принимать и исполнять благие пожелания нашего сердца. А в сердце, исполненном светом любви, негде укрыться духовной тьме. Надо только видеть и слышать себя, а не внешние события. Да, это не быстрый и сложный путь. Но именно он указан Евангелием и святыми отцами. Только здесь христианин сможет решить свои духовные проблемы и найти сокровище совершенной радости. И да поможет нам в этом Господь.

В этот день памяти об отце Александре Мене мне хочется процитировать главу из книги Зои Афанасьевны Маслениковой. В этой главе Вы наглядно можете познакомиться с практикой работы священника, с тем, какие бывали удивительные случаи в работе и служении отца Александра.

ДАЛЕЕ

Книга Зои Афанасьевны Маслениковой «Александр Мень. Жизнь» (М.: Захаров, 2001. — 211 с., с илл.). Глава называется «Антихрист»:

«На углу Герцена и Огарёва в маленькой двухкомнатной квартирке с большой лоджией жила немолодая супружеская чета: Людмила Фёдоровна Окназова и Валерий Всеволодович Каптерёв. Жена была худенькая, живая, кокетливая дама, сохранившая в 70 лет грацию бывшей балерины. Она писала прекрасные стихи и исповедовала теософию. Муж её был художником. Тесная квартирка походила на антикварную лавку. Чего там только не было!  старые иконы, и танцующие шивы, и китайские драконы, и сушёные морские звёзды, и разноцветные минералы, и среднеазиатские халаты, и бубны, одним словом — музей, да и только. Все стены сплошь были увешаны картинами В.В. Но ещё больше картин лежало на стеллажах.

В.В. был странным художником. Он писал и абстрактные, и реалистические, и мистические «замазючки», как он их игриво называл гостям, которых, кстати, всегда был полон дом, и иногда сам не мог понять смысла своих работ.

Мало-помалу Л.Ф. начала отходить от теософии, наконец приняла христианство и, воцерковившись, стала прихожанкой отца Александра. А В.В. дул в другую дуду. Он увлёкся писанием чертей. Черти были очень разнообразные: весёлые, грустные, мечтательные, но все очень реалистичные, будто художник их лично знал и с ними каждый день за ручку здоровался. А кроме чертей были другие картины, такие, от которых мороз по коже пробирал — так веяло от них нечистым духом преисподней. Особенно синие «Алхимики» наполняли душу леденящм ужасом. А В.В. наслаждался эффектом, показывая их гостям, и рисовался связями с астральным миром.

Он вообще был большой кокет и жуир — в 75 лет вовсю ухаживал за молодыми дамами, рассказывал встречным и поперечным про своих «мусульманских жён» и охотно играл в испорченного мальчика.

И доигрался. Однажды он написал кощунственную картину, которую назвал «Антихрист». На картоне, покрытом серо-синими зловещими мазками, вырисовывалось серо-синее лицо с чертами Христа. Только в глазах из-под пенсне горела нечеловеческая злоба, а рот кривила язвительная усмешка.

С той поры Л.Ф. не находила себе места в доме. А уничтожить «замазючку» нельзя было и помыслить — это значило бы разрушить всякий мир в доме. Уж и святой водой кропила она проклятую картину, и «Да воскреснет Бог и расточатся врази Его» читала, и ладаном окуривала, а дискомфорт всё возрастал, и житья от «Антихриста» ей не стало.

И тут В.В. заболел. Становилось ему всё хуже и хуже, и вдруг он догадался, в чём дело. Призвал к себе молодого друга дома Витю К. и попросил его отправить по почте «Антихриста» в дар «Музею чертей» в Каунасе. Витя выпросил позволение задержать «шедевр» у себя на недельку, чтобы показать знакомым. Но не тут-то было. Едва Витя принёс домой пресловутую картонку, как почувствовал себя плохо. Разболелась голова, поднялась температура, расстроился желудок. Витя был здоровым малым, никогда не болел, к тому же считал себя агностиком и ни в Бога, ни в чёрта не верил. Однако промаялся животом всю ночь и горел в жару, а голова прямо-таки раскалывалась.

Утром он хотел достать росший на шкафу тысячелистник, чтобы добыть соку для сынишки, страдавшего насморком, как вдруг горшок с растением вырвался у него из рук, стукнул его по больной голове и, обсыпав предварительно горемыку землей, разбился на тысячу осколков.

Этого Витя не выдержал. Невзирая на все болезни, схватил картонку и понёс на почту. Отправив посылку, Витя пошёл домой. Что за оказия? Ничего не болит, температура упала, Витя здоров.

В.В. тоже поднялся с постели. Но этого урока ему было мало, и он принялся за новые «замазючки» в том же духе.

На этот раз болезнь его скрутила так, что он стал ждать конца. В голове его прояснилось, он понял связь между его сатанинскими картинками и болезнями и решил освятить дом.

Поскольку Л.Ф. была прихожанкой отца Александра, то, естественно, попросила его отслужить молебен. В.В. выразил согласие и причаститься. Отец Александр обещал приехать утром, а ночью раздался телефонный звонок. Врач, принадлежащий к числу друзей дома, требовал немедленной госпитализации: «Он умирает, а мы не использовали последней возможности спасти его. Нужно попробовать капельное переливание крови. В восемь утра я пришлю машину «скорой помощи»! По счастью, у Л.Ф. нашлось присутствие духа отстоять мужа: «Только через консилиум! Созывайте ваших профессоров, пусть решают. А так я его в больницу не отдам, я его мёртвым получу, пусть умирает дома».

Утром приехал отец Александр. Он часто видел умирающих и понял, что смерть вот-вот наступит. Он остался наедине со старым художником. Прошло больше часу. Больной исповедовался, причастился, а отец Александр всё оставался с ним за запертой дверью.

Наконец дверь отворилась, и глазам обомлевшей Л.Ф. представилось нечто невместимое. У стеллажей с картинами стояли священник в чёрной рясе и её муж в трусах и майке. В.В. вытаскивал картонку за картонкой, отец Александр быстро просматривал их и время от времени откладывал какую-нибудь в сторону. Это шла прополка огорода: священник отбирал «нечистую силу», чтобы её убрали из дому. Когда вечером состоялся консилиум, приглашённые светила недоумевали: почему стоит вопрос о госпитализации? Больной по своему состоянию в этом не нуждается, он почти здоров.

В.В. выздоровел, но даже такой наглядный урок его не образумил. Он вёл прежний образ жизни и вспомнил о священнике и Боге, лишь снова заболев, перед операцией. Он опять причастился, операция, на которую долго не решались врачи из-за плохого сердца больного, прошла блестяще. Он помолодел, окреп — и снова принялся за своё. Как тут не вспомнить евангельский рассказ о десяти прокажённых, из которых девять и не подумали поблагодарить исцелившего их Иисуса» (стр. 169-172).

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s